Приветствую Вас Гость | RSS
Друзья, уже

Memento, пожалуйста, mori...
Ничто не обходится столь дорого, как свобода.
Александр ЖАБСКИЙ.
Главная Регистрация Вход

» Где тут что

» Форма входа

» Календарь
«  Ноябрь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930

» Праздники сегодня

» Напишите мне
Имя отправителя *:
E-mail отправителя *:
Web-site:
Тема письма:
Текст сообщения *:
Код безопасности *:


» Ищите и обрящете

» А я - тут!


Я на портале ВКонтакте и поиск контактной информации
Каталог сайтов Всего.RU

» Переход на ЭКО.ЗНАЙ


» Радио онлайн на любой вкус

» Расписания

» Всех посчитаем!

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

» И о погоде

Петербургский негатив

* * *

«Осадки маловероятны...»
Но вот они — с небес летят!
Чисты, белы,
Многоотпрятны,
Преображая Летний сад.

Уже породистые липы,
Былую чопорность презрев,
В любви со снегопадом слиты,
Просторный образуя неф

Природой созданного храма.
На колоннаду их стволов
Опёрся вихрь, не рухнув прямо
Туда, куда присел Крылов.

А по канавке по Лебяжьей,
Под мост и в черную Неву
Проплыл кораблик
То ль миражный
То ль настоящий — наяву.

В разгаре снежного десанта
Деталей всех не разобрать.
Отбили в крепости куранты
Свои положенные пять.

Через канавку поле Марса
Покровы снежных пелерин
Несло с небрежностью гусарской,
Макнув в ночной ультрамарин.

«Осадки маловероятны», —
Девичий голос повторил,
А снегопад многозарядный
По Петербургу
Бил и бил...




ПЕТЕРБУРГСКИЙ НЕГАТИВ


Чёрный снег на белых крышах

Петербургский негатив.
Ветер образы колышет,
Тени к ним приколотив.

Между вод грязно-фонтанных
Проплывают берега.
Месяц сыплет то ли манну,
То ли пепел свысока.

Кроет сизая пороша
Подворотен мрачных грязь.
Сплошь щетиною заросший,
Город ёжится, стыдясь.

Промотавшийся кутила,
Славу по ветру пустив,
Триста лет ему хватило
Превратиться в негатив.




* * *

Снег идёт. Четвёртое апреля.
У весны жестокая мигрень:
Что они там, свыше, одурели?!
Тут уж почки вспучила сирень,
Песнопевцы-чижики взопрели,
Призывая к подвигу подруг,
Город оживал под эти трели,
Слушал, млел, надеялся...
И вдруг —
Всё смешала и перевернула
Серебро просыпавшая синь.
Словно в лучших чувствах обманула,
Моего желанья не спросив...




* * *

Дождь январский, нереальный.
Геометрия небес.
Бога росчерк вертикальный
С завитушками и без.

На ростральные колонны
Набегает полосой
К украшениям не склонный
Дождь угрюмый и косой.

А у Троицкого моста,
Петропавловку дразня,
Ливня крошечным отростком
Затевается возня.

Заштрихует казематы
Водяная кутерьма.
Плачет куполом покатым
Государева тюрьма.




* * *

На белой лепнине, на чёрном литье
Лежит по утрам серебро от Картье.
А где же родное, а где Фаберже?
Оно нам не нужно наверно уже...

Уже Петербург это, видишь ли, брэнд.
Не город — рекламный уродливый стенд.
Картонка, в которой ночует "фирма",
И яма для сбора чужого дерьма.




* * *

Ползёт эскалатор неспешно,
Втирается радио-яд,
Как модные люди успешно
Россию мою веселят.

О-о!.. «Модные люди России» —
Ну что за отчаянный бред?!
А умные где, вы спросили?
А честных и вовсе уж нет…

Повсюду сплошные ди-джеи —
В Кремле, на ТВ, в кабаках.
Сбесившиеся ворожеи,
С браздами России в руках.

На что нас сподвигнула мода?
На совесть, на честь и на ум?
Так стоил Большого Ухода
Фиглярский вот этот самум?

Вот эта песчаная буря,
Что глушит народ и слепит?
Вкушая, пия, балагуря,
Россия-то в сущности спит.

И только какие-то люди,
В обличии модных ребят
Её... нет, конечно, не будят,
А прямо во сне веселят.




* * *

Плодами белого посева
Убрался чёрный Петербург.
Зима на краешек присела
Одной из пролетавших пург
И, выбирая приземленье,
Прельстилась строчкой позолот,
Окантовавших поселенье
На спинах дышащих болот,
И развязала в небе мехи,
И начался в ночи посев,
А утром белые доспехи
Деревья приняли, присев.
Сама же снежная царица
Проинспектировала сплав
И поспешила удалиться,
Пургу другую оседлав.
Но без хозяйского пригляда
Ещё ничто не удалось

От порчи белого наряда
Не спас и присланный мороз.
Остереженью гололёда
Распад безудержный не внял,
И вновь на тёплую погоду
Мой город зиму променял.





* * *

На Колокольной так прикольно:
Иду
и бьют в колокола!
И жизнь постылая невольно
Опять становится мила.

Опережая ор вороний,
Душа взмывает к куполам.
Я тут совсем не посторонний,
Когда шагаю по делам.

На мне опять тулуп нагольный.
Шпыняя палую листву,
Иду на благовест безвольно,
Вновь возвращаясь к естеству.

Я жив, я снова фееричен,
Порывист, молод и влюблён!
Звони, звонарь

Пусть гомон птичий
По Колокольной гонит звон.




НА 50-ЛЕТИЕ ПЕТЕРБУРГСКОГО МЕТРОПОЛИТЕНА


Собака вышла на перрон
Метро — овчара.
Какой для имиджа урон
У юбиляра!

Полвека Петрополитен,
Собрат московский,
Людей возил, а нынче щен
На «Маяковской».

Гуляет этот пёсобич
По всей платформе.
Не морщи лоб, Владимирыч,
Страна не в форме.

Заброшенный субконтинент,
Правитель вздорный.
В метро — подумать только! — мент
Собаку кормит.

А стариков он, как собак,
Гонял зимою...
Когда в чести любой варнак,
И люди воют.

Входите, псы, в любой вагон.
Попутный ветер!
А нам ни правда, ни закон —
Ничто не светит.

Живите купно и, плодясь,
Берите в лапы
Страну, в которой отродясь
Одни этапы.

И может Петрополитен
Последним будет.
И станут редкостью тех стен
Не псы, а люди.




* * *

На Грибоедовом канале,
У самой мертвенной воды,
Мы как-то осенью стояли
Остолбенев от красоты.

Взошла державность Петербурга
В закатном смазанном луче
И даже старенькая куртка
Позолотела на плече.

А чернь Казанского собора
До благородства серебра
Доведена была декором
Закатной кисти октября.

Виденье медленно пропало,
И мы опять пошли бродить,
А в неживой воде канала
Блестела золотая нить.




* * *


На третьем часе снегопада,
Как по сигнальному флажку,
Он прекратился, и громада
Прошлась по лунному рожку.

Неохватительным колоссом,
Блистая ангельским крылом,
Над Петропавловкой вознёсся
Всечеловечный эталон.

И, отразясь блаженным ликом
Во льду изломанном Невы,
Он возгласил беззвучным криком:
«Хозяин Он здесь, а не вы!

Отныне над гранитным брегом
Звезда ничья не упадёт.
Смиритесь, и тогда со снегом
Зима уж больше не придёт!»

Но не смирённая гордыня
Птенцов петровского гнезда
Снега приводит и поныне,
Как путеводная звезда.

Они летят на нас часами,
Скрывая зоркий небосвод,
И забываем мы, что сами
Гордыней движимы вперёд.




* * *

По Неве плывёт шуга,
Раздвигая берега,
А над кашистой шугой
Мост возвысился дугой.
Отражаясь, фонари
Словно светят изнутри,
В чёрной студневой воде...
Позабыв о ерунде,
Я любуюсь на бегу
На Неву и на шугу,
Исаакий и на шпиль

Петропавловский фитиль.




* * *


У меня родился внучек:
Пара ножек, пара ручек.
Друг на друга мы глядим

Познакомиться хотим!

Он пока что безымянный,
В остальном же
безызъянный.
В тётю с дядей Овен он
И, как дедушка, Дракон.

28 марта 2012 г.


Александр Жабский © 2011-2017
Тел.: 8-904-632-21-32. E-mail: zhabskiy@mail.ru